Россия в этнографическом отношении

Страница 4

VII. Индийская группа представлена у нас, не считая торговцев-индусов, заходящих в Туркестан, только цыганами, которые появились в Европе в XIV ст. и язык которых («ром») — индийского происхождения, как полагают, из Синда. В большом числе они живут в Бессарабии, но встречаются всюду в Р. от Закавказья (боша и карачи) и Туркестана (люли) до Финляндии и Архангельской губ., а также и в Сибири.

Семитические языки у нас почти не имеют живых представителей, так как немногие колонии арабов в Средней Азии и Дагестане уже нигде, кажется, не сохранили своего языка. Язык Магомета употребляется среди мусульман только как язык Корана, а отчасти и для официальной переписки (напр. в Дагестане). К семитам должны быть причислены еще евреи, хотя семитический язык среди них сохранился только в священных книгах и литературе. Говорят евреи на испорченном наречии немецкого языка (ашкеназим), а караимы — на крымско-татарском языке. Собственно евреев у нас, вероятно, около 4 милл.; они переселились, особенно с XV в., из Германии в Польшу, Зап. край и Малороссию. Известно, впрочем, что евреи были уже в древнем Киеве и что еврейскую религию принял даже хазарский каган. Эти древние евреи пришли, вероятно, из Сирии и Малой Азии через Кавказ. Относительный процент евреев в Европ. Р. больше, чем в соседних Австрии и Румынии, хотя лет 20 тому назад насчитывался 1 еврей на 19 жит. в Румынии, 1 на 25 в Австрии (в Галиции 1:9, в Вене 1:15), 1 на 27 в Европ. Р. В некоторых городах Зап. края евреи составляют 25—55 % всего населения. Распространение евреев по остальным частям империи ограничено законом о еврейской оседлости (см. Евреи). Караимов насчитывается всего около 4 1/2 тыс., особенно в Симферопольском и Феодосийском у. Таврической губ. Особое положение занимают языки кавказские, на которых говорят многие народности, подходящие по физическому типу к семитам и арийцам. Сравнительное отношение этих языков мало выяснено. Их разделяют обыкновенно на северную и южную группы. К последней относится язык грузинский (картвели), на котором и на родственных ему наречиях говорят грузины (около 400 тыс., главным образом в Тифлисской губ., в Карталинии и Кахетии), имеретины и курийцы (в Кутаисской губ. — около 500 тыс.), аджарцы и др. (в Батумском окр., 60 тыс.), ингилойцы (9 тыс., в Закатальском окр.), мингрельцы (в Кутаисской губ.) и лазы (в Батумском окр.; тех и других около 220 тыс.), грузины-горцы Тифлисской губ., хевсуры, пшавы и большая часть тушин (около 20 тыс.), всего около 1300 тыс. Северную группу разделяют на восточную (лезгины), среднюю (чеченцы; их иногда соединяют с лезгинами в одну группу) и западную (черкесы и абхазцы). Лезгины (в Дагестане) подразделяются, в свою очередь, на ряд племен; главное из них — аварцы, затем идут кюринцы, кази-кумыки, или лаки, даргинцы, табасаранцы, удины (отчасти отатарившиеся) и др. (всего около 600 тыс.). По своему происхождению население Дагестана вообще смешанное; в среде его сохранились еще предания об оседавших здесь колониях грузин, армян, евреев, греков, арабов и т. д. Чеченцы распадаются на собственно чеченцев (горных — в Аргунском окр. и плоскостных — в Грозненском окр. Терской обл.), ичкеринцев (в Веденск. окр.), ингушей (в Владикавказском окр.) кистин (в Тионетском и Душетском у. Тифлисской губ.; всего ок. 200 т.); к ним же причисляют часть тушин. Западная подгруппа была некогда более многочисленна и насчитывала до 1/2 миллиона, но после покорения Зап. Кавказа значительная часть составлявших ее племен ушла в Турцию. Группа эта распадается на: 1) адыге (черкесы; около 170 т.), к которым принадлежат: кабардинцы (в Терской обл., в басс. р. Малки и по прав. берегу Терека), бжедухи, а ранее были еще шапсуги, бесленейцы, мохоши, темиргойцы и др.; 2) асега или абхазцы (около 60 тыс.) — в приморской полосе, между Черным морем и предгорьями Гл. хребта, а абазинцы — в юго-вост. части Кубанской обл.; сюда же принадлежали убыки и др.

Важнейшую роль после арийских языков играют в России языки урало-алтайские. Их разделяют на уральскую и алтайскую ветви. К первой относятся языки финские, угорские и самоедские. Финские языки (и племена) делятся на: а) западные, или прибалтийские, б) приволжские и в) прикамские. Прибалтийские финны населяют Финляндию и Прибалтийский край. В состав их входят: 1) Лопари, бывшие, по-видимому, древнейшими насельниками Финляндии, где они распространились некогда до Ладожского и Онежского озер, но потом были оттеснены финнами к северу. Сами себя они называют саме, страну — Самееднам. От первоначальной родины лопарей произошло, вероятно, и название Финляндии у финнов — Суоми (древнерусск. «Сум»). Норвежцы называют лопарей — финнами, а финнов — квенами; «Финмаркен» значит, собственно, «лопарская окраина». Теперь лопари живут только в Сев. Финляндии, в приходах Утсиокки, Енаре и Униониски, и в Кольском (ныне Александровском) у. Архангельской губ., всего в числе около 3 1/2 тыс. В песнях и былинах лопарей воспевается их древняя борьба с карелами, а в песнях последних лопарям придается эпитет «враги рода Калевы». В лопарской народной поэзии сохранилось еще много остатков их прежних шаманских верований. 2) Финны (Суомалайсет), разделяемые на тавастов (хэмэлайсет — откуда др. русск. Емь, Ямь, чамы) и карелов, или корелов (карьялайсет). Линия от Выборга к С.З. Ботнического залива может служить приблизительно границею между ними; к З. от нее живут тавасты, к В. — карелы. Тех и других в Финляндии около 2200000; они исповедуют лютеранскую религию. К карелам относятся также веде (ваддьялайсет) и ижора, или ингры (откуда «Ингерманландия») в Петербургской губ. — и те, и другие православного вероисповедания. Православные карелы живут, кроме того, в зап. части Архангельской губ. (в Кемском у., ок. 22000), а колониями (вышедшими с XVI в., особенно после Столбовского договора в 1617 г.) — в Тверской губ. (Бежецкий, Вышневолоцкий, Весьегонский, Новоторжский, Кашинский уу.; всего около 135000), Новгородской (Кирилловский, Череповецкий, Устюжский, Тихвинский уу., около 33000), Олонецкой, Петербургской, даже Калужской, Ярославской и т. д., так что всего их (кроме Финляндии) насчитывается более 200 тыс.; будучи православными, они с течением времени русеют. В Петербургской губ. есть еще два лютеранских народца карельского племени — эвремёизет (до 60 тыс., около Дудергофа, Ропшы и к С. от Невы) и савакот (около 40 тыс.), оба называемые маимистами, или чухонцами; в южной части Олонецкой губ. — вепсы (Прионежская чудь, Ljudi). У карел сохранились былины, из которых Лёнрот мог собрать целый народный эпос, «Калевалу» (см.). Первоначально карелы жили восточнее, на что указывают многие местные названия; так, одно из устьев Двины еще в XVII в. называлось Корельским и поблизости его был Корельский монастырь, основанный в 1410 г. среди карелов. 3) Эсты (сами себя назыв. Wirolaïset) живут в Эстляндии и сев. части Лифляндии (с о-вом Эзелем), в Гдовском у. Петербургской губ. и Псковском у.; кроме того, колонии их имеются в уу. Торопецком и Осташковском, в Вост. Р., на Кавказе и в Сибири; общая численность — ок. 900 т. Пришли они, как полагают, из внутренней Р. к Балтийскому побережью ранее тавастов и карелов и, по-видимому, в первые века нашей эры находились еще в стадии дикарей-звероловов, не знавших железа. Русские придавали им по преимуществу название чудь («Ляхове же Прусы и Чюдь приседет к морю Варяжскому»; в исчислении летописца имя Чуди стоит рядом с Ямью, Весью, и т. д.). Подвергшись культурному влиянию сперва скандинавов, а позже немцев (меченосцев), они в XI—XII вв. небезуспешно боролись с русскими, но были подчинены немцами, приняли вместе с ними лютеранство и перенесли тяжелый гнет крепостного права. Живут небольшими поселками и имеют довольно развитое крестьянское хозяйство. В народной словесности эстов тоже нашлись эпические сказания, составляющие поэму «Kalewi-poeg». 4) Ливы (Lib) — народ, давший название Лифляндии, но теперь почти вымерший и сохранившийся только в Курляндии, по берегу Рижского залива, в числе немногим более 2000. Отличаясь высокорослостью и часто шатеновыми волосами, карими глазами, они составляют как бы переход от эстов к карелам, стоя ближе к последним. Большая часть их с течением времени олатышилась, а оставшимся грозит та же участь, так как в местных школах учат на латышском языке. В родстве с ливами стояли кревинги, которых в 1838 г. оставалось только 15 чел. в Митавском у., ныне уже окончательно вымершие. б) Приволжские финны были некогда представлены большим числом племен, живших по Волге от самых ее истоков, а равно в области Оки с ее притоками. Начальной летописью указываются племена: весь на Белом озере, в области Тверцы, Мологи и Шексны (г. Весьегонск), а на Ю. от Волги по Шоше, Нерли и Клязьме; меря — у оз. Неро (Ростов) и Клещина, на Ю.В. от веси, по всему Среднему Поволжью, по верховьям Клязьмы, Москвы, в бассейне Оки, где это племя соприкасалось с областью кривичей, северян и вятичей, а с другой стороны с муромой, жившей от г. Мурома вверх по Оке. Ныне из этой группы остались только черемисы и мордва. Черемисы жили некогда южнее и западнее, в нынешних Нижегородской, Костромской, южной части Казанской губ., но, теснимые русскими, стали распространяться в области вотяков, и теперь центром их являются Уржумский, Яранский уу. Вятской губ. (около 125 тыс.), затем Царевококшайский, Козмодемьянский и Чебоксарский Казанской губ. (до 100 тыс.); кроме того они живут в губ. Уфимской и Пермской, а в небольшом числе — также в Костромской и Нижегородской. Всего их насчитывают от 300 до 400 тыс., причем громадное большинство живет на левой стороне Волги — луговые черемисы, а на правой стороне только около 25 тыс., в Козмодемьянском у; Казанское губ. — горные черемисы. Последние уже почти обрусели, жившие же в южных уездах Казанской губ. — очувашились; только названия многих урочищ в Тетюшском, Свияжском, Цивильском уу. указывают на бывшее некогда здесь распространение черемис. Народ этот отличался воинственностью, играл значительную роль при обороне Казанского царства, позже — в «черемисских бунтах»; против них были построены города Котельнич, Яранск, Царевосанчурск, Уржум, Малмыж; в продолжение всего XVII в. сюда отряжались воеводы с военною силою, тогда как в других вятских городах не было почти вовсе стрельцов. У черемис "сохранились еще особенности в костюме (берест. шапки, вышитые шерстью рубашки и пр.), в жилище (летние шалаши на дворах); христианство не вытеснило еще у них прежних языческих верований в Юму и Кереметя. В Уфимской и Самарской губ. часть черемис вошла в состав тептерей или смешалась с башкирами. Вообще они отличались наклонностью к широкому расселению, и теперь еще живут довольно разбросанно, чем и объясняется разнообразие в обычаях, одежде и языке черемис разных местностей (насчитывается до 6 наречий черемисского языка). Мордва — племя, которое было известно, по-видимому, еще в древности — распадается по языку на две части: эрзя и мокша. Эрзя живет в Нижегородской губ. (Арзамасский, Ардатовский, Лукояновский, Княгининский, Сергачский уу.) и далее в Пензенской, Симбирской, Саратовской губ., отчасти смешанно с мокшей, область распространения которой — по pp. Суре и Мокше в сев. часть Тамбовской губ. и западн. половине Пензенской, а также в Симбирской, Саратовской и Нижегородской губ. В 40 селениях Нижегородской губ. живет еще особая разновидность мордвы — терюхане, ныне большею частью уже обрусевшие, а в Сенгилеевском у. Симбирской губ. и в Тетюшском Казанской — отатарившиеся каратаи. Численность всей мордвы, вероятно, немногим менее миллиона, но значительная часть ее уже обрусела. Распространяясь в бассейне Оки, суздальские князья должны были вступить в борьбу с этим народом, усилившуюся со времени основания Нижнего Новгорода (1221). Позже мордва подпала влиянию татарских мурз, а затем подверглась насильственному крещению и закрепощению со стороны русских. В XVII веке были часты мордовские мятежи; при Петре I часть мордвы бежала за Волгу, ища там спасения от наборов и поборов. В общем эта народность русеет более других, но местами еще сохранила особенности костюма и быта, а также древние языческие верования, довольно сложные, выражающиеся в особых праздниках и жертвоприношениях, а иногда (в нынешнем столетии) в появлении особых сект (Кузька — мордовский бог). К этой же группе принадлежат, как думают, по своему происхождению чуваши, впоследствии отатарившиеся, а потому причисляемые к тюркской группе. в) Прикамские финны образуют три племени: вотяков, пермяков и зырян. О вотяках ранее предполагали, что они пришли с В., из Сибири, но без достаточных оснований. В Вятском крае найдены остатки каменного века, «костеносные городища» (с изделиями преимущественно из кости, начала металлического века) и так наз. «чудско-болгарские» городища, относящиеся все, по-видимому, к довотяцкой эпохе и приписываемые «чуди». Собственно вотяки занимали ранее область несколько западнее и южнее ныне ими населяемой и оттеснены к С. — черемисами, а к В. — русскими. Многие хорографические названия в Яранском и Уржумском уу. указывают на прежние поселения здесь вотяков; о том же говорят некоторые городища, назыв. черемисами «отолем» (т. е. вотское жилье), и предания у русских. Ныне вотяки живут гл. обр. в Глазовском (25 % насел.), затем в Елабужском, Сарапульском и Слободском уу. Вятской губ. (всего более 300 тыс.) и, кроме того, в Осинском у. Пермской, Мамадышском и Казанском — Казанской губ., Бирском — Уфимской, Бугульминском — Самарской, насчитывая, в общем, около 400 тыс. Местные исследователи различают малмыжско-сарапульских, глазово-сарапульских и елабужских вотяков, но сами вотяки подразделяют себя на ватка (глазовские) и калмэз (малмыжские). Первые пришли на р. Чепцу с р. Вятки из Хлынов. области, а вторые были вытеснены ваткой на р. Из. На Чепце вотяки были подчинены татарским арским князьям и вместе с ними восставали против русских, но потерпели разгром. Вообще, вотяки испытали несколько культурных влияний: сперва болгарско-чудское, затем татарское, черемисское и, наконец, русское. Татарское влияние заметно более у казанских вотяков и выражается в одежде, украшениях, некоторых праздниках и т. д.; у других сильнее было черемисское влияние, а некоторые уже значительно обрусели. Крещение вотяков началось после покорения Казани, но более энергично стало производиться лишь в XVIII в.; при Николае I начались преследования за языческие обряды, хотя большинство было совершенно невежественно в христианстве. Народ живет земледелием, занимается также пчеловодством, охотой (едят белок). Избы похожи на черемисские и русские; в иных селениях встречаются избы с окнами на двор; на дворе имеется обыкновенно куала (летний шалаш), где хранится религ. символ — воршуд (иногда пихтовая или еловая ветка). Есть и общественные куалы, а также священные места в лесу, где устраиваются моляны с жертвоприношениями (в древности приносились по-видимому, в важных случаях, и человеческие жертвы). Верят в разных добрых и злых духов, водяных, леших, домовых; имеют жрецов и ведунов (туно, пелляскиз, васясь, парчась и т. д.). Сохранились также особенности в костюме (особенно женском), пище (кумышка — своего приготовления водка, ныне запрещенная), в родовом быте (ныне только остатки), свадебных обычаях и т. д. Пермяки живут гл. обр. в Соликамском и Чердынском уу. Пермской губ., по pp. Инве, Обве, Косе, также в Оханском у. Пермской и в Орловском и Глазовском Вятской губ., всего в числе около 90 тыс. Некогда имели родовое устройство, своих князей и были, по-видимому, знакомы с грамотой. Первый разгром испытали при Иване III, но и позже нападали на Строгоновых; впоследствии крестились и в значительной доле обрусели. Живут небольшими поселками; сохранили свою породу малорослых лошадок и комолого рогатого скота, особенности в костюме женщин, в свадебных и др. обычаях, в религиозных верованиях (праздники — смешение христианского культа с языческим); между собою живут дружно, общественность вообще (сел. сходы) очень развита («пермяк за пермяка, что бык за быка»); слабосильны, апатичны, о чем свидетельствуют поговорки о них русских: «Народ там муха; светлого народа нет»; «Не толкни пермяка под бок, он и на двор не сходит», а отчасти и их собственные («Кабы мы не пермяки были»). Зыряне, в сущности, по языку один народ с пермяками; живут в Вологодской губ. (Усть-Сысольский, Яренский, Сольвычегодский уу.) и в Мезенском у. Арханг. губ., в числе около 170000. Некогда имели своих князей, идолов, жрецов; теперь давно крещены и в значительной степени обрусели. Живут по рекам, в селениях, иногда очень больших, имеют солидные избы, нередко с мебелью, одеваются по-русски; вообще — народ развитой и способный; дети бойко учатся, взрослые успешно промышляют и торгуют. Ранее занимались охотой и земледелием, теперь распространились по всему северу и по Оби, захватили в свои руки почти все оленеводство, сделав из самоедов лишь пастухов своих стад, и сильно конкурируют с русскими в торговле и эксплуатации инородцев (их называют «евреями Севера»). Угро-финны (древн. «югра») жили некогда и на севере Европ. Р., о чем свидетельствуют как исторические известия — о борьбе с ними новгородцев, так и хорографические названия, встречающиеся (по Европеусу) даже в Средней Р. (Московская губ.). Впоследствии югра была здесь отчасти поглощена финнами и обрусела, а отчасти отступила к Уралу и теперь живет в лице вогул — на рр. Сосьве и Лозьве (впад. в Тавду и в Тобол) и на верховьях Печоры (р. Вогулка), всего в числе около 7000 (?), и остяков — в Березовском и Тобольском округах Тобольской губ., также в Нарымском крае Томского округа (всего около 25000). В 1485 г. они были подчинены московскими воеводами, но часто восставали и еще в 1582 г. подступали под Чердынь. Собственно говоря, вогулы составляют с остяками один народ, называющий себя маньзи, прозвище «вогул» дано зырянами и означает «диких» (как и «уштях», для остяков) по-татарски. Вогулы отчасти еще сохранили свой язык, особенности быта и верования (между прочим почитание медведя; в честь убитого зверя устраивается празднество с театральными представлениями в масках). Остяки разделяются на иртышских (испытавших влияние татар и русских, крещеных и лучше обставленных в отношении скотоводства и земледелия), сургутских (сохранивших более чистое наречие) и обдорских (собств. обдорских и кандинских), почти язычников, с примесью в языке самоедских и зырянских слов. У остяков сохранились эпические сказания — о борьбе их богатырей с самоедами, которые были оттеснены ими к С и, вероятно, перешли потом на зап. сторону Урала. Типичные остяки живут в лачугах-землянках с крышей из коры, бересты или драни, с чувалом (камином) внутри, летом — и в берестяных чумах; имеют амбарчики на высоких сваях, где хранят сети, оружие, ящики с имуществом; занимаются главным образом рыболовством (сдают право рыбной ловли русским), зимою — охотой. Одеваются как русские или в оленьи шкуры и замшу, а прежде имели одежды из рыбьей кожи и птичьих перьев и выделывали толстый крапивный холст. В костюме, орудиях, обычаях, религиозных верованиях у них сохранились еще остатки старины (между прочим — почитание некоторых птиц); прежде у них были идолы (в виде человека или птицы, убиравшиеся мехами, материями, медными бляхами и т. д.) и шаманы, которые теперь уже почти вывелись. В родстве с угро-финнами находились, может быть, и башкиры, впоследствии принявшие татарский язык и ислам, а потому входящие ныне в состав тюркских народностей. Самоедские племена занимают особое положение в ряду урало-алтайских, составляя отдельную группу от финских. Прежние финнологи (Кастрен) выводили и финнов, и самоедов одинаково из Южной Сибири; но относительно финнов есть основание думать, что первоначальная их родина была в пределах Европ. Р., тогда как самоеды, по-видимому, действительно пришли из области Саянского нагорья. В начале 50-х годов Кастрен нашел в Минусинском крае и в Алтае, по Енисею, Тубе, Уде, Бирюсе, Оке, отатарившиеся народцы — койбалов, карагассов, камасинцев, сагайцев, маторов, у которых еще живы были старики, помнившие прежние свои наречия, оказавшиеся родственными самоедским (отчасти с этими народцами слились и другие роды, енисейско-остяцкого и тюркского происхождения). К самоедской же группе относят кочевых сойотов, или урянхайцев (по Улукему, Кемчику, около Косогона и далее в Монголии), отчасти уже омонголившихся. Собственно самоеды насчитывают до 2000 д. и представляют из себя самый северный народ в пределах Европ. Р. и Зап. Сибири, разделяющийся на 4 наречия: а) юраки — тундрах от Белого моря до Енисея; они различаются по говорам на канинских, ижемских, большемеземельско-обдорских, кандинских и собственно юраков; б) енисейские, в низовьях Енисея, с 2-мя говорами; в) тавги, или авамские, далее к В. до Хатангской губы, и г) остяки-самоеды в лесной полосе по Оби, между Тымом и Чулымом, живущие, подобно остякам, рыболовством и охотой, тогда как енисейские самоеды занимаются главным образом оленеводством, переходя летом к берегам моря и возвращаясь к лесной полосе на зиму. Ныне часть самоедов поселена на Новой Земле. Благосостояние самоедов сильно подорвано падежами оленей и эксплуатацией со стороны зырян. Они считаются христианами, но сохранили еще многие языческие верования и даже идолов.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Похожие материалы:

Изменения в хозяйстве коренного населения Северо-Востока
В связи с дальнейшим совершенствованием орудий труда наблюдается все большая специализация в хозяйстве местных народов. Выделение основных занятий происходило в тесной зависимости от природных условий. Племена, заселявшие внутренние район ...

Заговоры
Заговоры и заклинания – прозаические произведения магического характера и практического назначения. Художественную природу жанра определяет, с одной стороны, связанная с анимизмом стихийная поэтизация древних верований, с другой – важное, ...

Фазы этногенеза
Каждый этнос проходит в своём развитии ряд фаз: фазу подъёма (примерно первые 300 лет существования этноса от момента пассионарного толчка), акматическую фазу (300-600 лет), фазу надлома (600-800 лет), инерционную фазу (800-1000 лет), фаз ...