Этно-иноверцы в Имамате Шамиля

Сдача в плен без серьезного сопротивления (или только имитация оного) могла гарантировать не только сохранение жизни, но, зачастую, и неплохое дальнейшее существование в Имамате. Если же солдат или офицеров захватывали в плен после боя, то в этом случае горцы продавали их в рабство. Мухаммед-Тахир аль-Карахи писал: «Солдаты и снаряжение были разделены на 5 частей и распределены (по положенному порядку). Цена солдат упала настолько низко, что их даже не покупали за 10 шахов за человека».

Начальник левого фланга Кавказской линии генерал-майор Ольшевский доносил в январе 1842 г. генерал-лейтенанту Граббе: «Вашему превосходительству известно, что до сих пор наши дезертиры считались у чеченцев ясырями и принуждены были исполнять самые трудные работы. Каждый военный дезертир составлял собственность чеченца, которым был пойман. … Плохое обращение чеченцев с нашими дезертирами удерживало многих неблагонадежных солдат … от побегов».

Однако в Дагестане отношение горцев к дезертирам-перебежчикам было иное. Уже второй имам Дагестана Гамзат-Бек, «набирая мюридов, дал при себе убежище беглым русским солдатам, из которых составил роту своих телохранителей, обмундировав и вооружив их подобно…пехоте. Эта рота постоянно несла караул при его доме, а в поле – при его стоянке. Он доверял им больше, нежели мусульманам; кроме того, принял к себе одного из беглых офицеров, который очень приблизился к Гамзат-Беку». Гамзат-Бек был первым, кто создал особый корпус из русских и польских перебежчиков, среди которых немало было и офицеров.

Положение российских и польских перебежчиков улучшилось, когда имамом стал Шамиль. Согласно данным Б. Гаджиева, имам создал корпус волонтеров, насчитывавший «более 4000 человек из разных наций! Беглые стали находить в Имамате достойный приют и работу, обретали семьи. Князь Барятинский вынужден был признать, что в горах постоянно «скапливалось…довольно большое число пленных и беглых нижних чинов, которые, оставаясь между горцами долгое время, освоились с их образом жизни и нравом, а некоторые женились, прижили семейства». Часть волонтеров оставалась с Шамилем до самого конца (по одним данным – 30 русских солдат, по другим – около 100) и принимала участие в последней битве за Гуниб в августе 1859 г.

Мы не склонны идеализировать «прорусскую» политику Шамиля в Имамате (тому было много причин), но, считаем своим долгом, отметить тот факт, что многие перебежчики относились к нему с большим уважением. Уже в период пребывания Шамиля в Калуге к нему приходили побывавшие в плену солдаты.

Сведения источников опровергают взгляды сторонников концепций об изначальной «экстремистской природе ислама», о Шамиле – фанатике, об Имамате как негативном прообразе чеченской Шуры, о Кавказской войне как войне христианского креста с мусульманским полумесяцем.

Похожие материалы:

Древние тюрки
Древние тюрки принадлежали к миру кочевых обществ, роль которых в этнической истории Старого Света чрезвычайно велика. Перемещаясь на огромные расстояния, смешиваясь с оседлыми народами, кочевники - номады - не раз перекраивали этническую ...

Спасский храм города Серпухова
Занарское кладбище возникло во второй половине XIX века вдали от жилых построек на городских выгонных землях. Спасская церковь была построена там для утешения мирян в потере ближних. Храм возвели почти за 3 года с 1893 по 1896 на средства ...

Возрождение церквей и духовенства
С первых же дней оккупации возрождение церковной жизни на территории Смоленской области шло стремительно и быстро. Прежде чем приступить к описанию открытия православных храмов и возобновления в них богослужений, необходимо сказать неско ...